Антонелло да Мессина (около 1430 — 1479) — сицилийский живописец, через которого масляная техника нидерландцев пришла в Италию. До него итальянцы писали темперой: точно, ярко и плоско. После его двух венецианских лет, 1475–1476, масляными слоями заговорили Беллини, а за ним Джорджоне и Тициан, и венецианская школа стала школой света и воздуха. В этой статье — кто такой Антонелло, откуда он взял технику ван Эйка (и почему версия Вазари не выдерживает проверки), что он сделал с ней по-своему, главные работы от «Святого Иеронима» до портретов и чему у него учиться сегодня.
Как масло попало в Италию
Вазари рассказывает так: Антонелло увидел в Неаполе фламандскую картину, поразился её блеску, поехал в Брюгге, подружился с Яном ван Эйком, выведал у него секрет масляных красок и привёз в Венецию. История красивая, но ван Эйк умер в 1441 году, когда Антонелло было около десяти лет; во Фландрии он, судя по документам, не был. Правда проще и интереснее. Антонелло учился в Неаполе у Колантонио, а Неаполь при арагонском дворе был единственным городом Италии, где нидерландская живопись висела на стенах: король Альфонс собирал ван Эйка, ван дер Вейдена и Петруса Кристуса. Молодой художник не получил рецепта — он изучал готовые картины, слой за слоем, и восстановил метод по результату. Это важно для любого, кто учится: технику старых мастеров можно понять из их работ, если знать, на что смотреть, — о таком способе учиться есть статья о копировании картин.
Что именно он перенял: дубовую или тополиную доску с гладким светлым грунтом, точный рисунок, а затем тонкие прозрачные слои масляной краски, сквозь которые свет доходит до грунта и возвращается окрашенным. Тени — прозрачные, света — плотнее, переходы — без единой линии. Так устроены картины Яна ван Эйка, и так устроены картины Антонелло — с одной разницей, о которой ниже.
Что Антонелло сделал по-своему
Нидерландцы писали мир как собрание вещей: каждая жемчужина, каждая складка, каждая плитка пола — с одинаковой любовью. Итальянская школа мыслила иначе: крупная форма, объём, пропорция, ясная геометрия пространства. Антонелло соединил одно с другим. Он взял у ван Эйка технику и внимание к свету, а от итальянцев — привычку строить фигуру как скульптор, от большого объёма к деталям. Его лица — это не карта морщин, а сфера, на которой лежит свет, и уже на ней — морщины, щетина, блеск в глазу. Именно это соединение станет основой венецианской живописи, а потом — через Леонардо — всей европейской.
Второе — пространство. У Антонелло фигуры и среда написаны одним светом: в «Распятии» пейзаж за крестами — это окрестности Мессины с заливом, и он не декорация, а тот же воздух, в котором стоят фигуры. Итальянские современники писали фон отдельно от героев; Антонелло первым в Италии стал последовательно применять воздушную перспективу — дальнее светлеет, холодеет и теряет край. О самом законе — в статье о воздушной перспективе.
«Святой Иероним в келье»
Небольшая доска (около 46 на 36 сантиметров, Национальная галерея, Лондон) — самая «нидерландская» из работ Антонелло и одновременно самая итальянская. Иероним сидит в деревянном кабинете, встроенном в готический неф; на полках — книги, коробки, вазы, на полу — павлин, куропатка, медный таз, в глубине — лев и окна с пейзажем. Каждый предмет прописан, как у ван Эйка. Но взгляните, как построен свет: он входит из окон слева и справа, ложится на пол и стены единой системой, и всё множество деталей подчинено этой системе — ни одна не спорит с ней. Кабинет вписан в неф по правилам итальянской перспективы, с одной точкой схода, и пространство читается сразу. Нидерландская подробность плюс итальянский порядок — формула Антонелло в одной картине.
«Святой Себастьян»
Дрезденская доска 1476 года — итог венецианского периода. Себастьян, пронзённый стрелами, стоит спокойно, почти безразлично к боли; за ним — залитая солнцем площадь, где спят солдаты, беседуют горожане, женщины выглядывают с балконов. Фигура построена как античная статуя, с низкой точки зрения, ясной осью и точной анатомией; тело написано прозрачными слоями, сквозь которые светится грунт, и оно живое, тёплое, без единого резкого края. Плиты площади уходят вглубь по законам перспективы, а воздух — по законам оптики: дальние дома светлее и голубее ближних, обломок колонны на первом плане — резкий и тёмный. Это первое в Италии полноценное соединение фигуры, пространства и света в одной системе.
Как «воздушная оболочка» закладывается в самом начале работы и почему без неё фигура не встанет в пространство, — на реальной работе, этап за этапом, в бесплатном уроке по технологии оптических просветов (для РФ).
Портреты
Портреты Антонелло невелики — доски по 30–35 сантиметров, погрудные, на почти чёрном фоне, в трёхчетвертном повороте, который он заимствовал у нидерландцев и сделал нормой для Италии. Внешне они скупы: тёмный фон, тёмная одежда, узкая полоска белой рубашки, лицо. Но именно эта скупость показывает, на чём держится живопись. Лицо построено как объём — лоб, скула, подбородок, — и на этот объём уложены тончайшие переходы: тёплый свет, холодный полутон, прозрачная тень, сгущающаяся к краям и переходящая в фон без границы. Красная шапка «Кондотьера» из Лувра горит на тёмном не потому, что краска яркая, а потому, что вокруг всё сдержанно: это иерархия контрастов, о которой — в статье о светотени в технике старых мастеров.
Главное новшество — взгляд. Персонажи Антонелло смотрят на зрителя, и у каждого своё выражение: ирония, упрямство, настороженность, лёгкая усмешка. До него итальянский портрет был профилем на медали; после него — разговором. «Мария Аннунциата» из Палермо, где Богоматерь смотрит из-под синего покрывала, чуть подняв руку, — вершина этого подхода: жест и взгляд заменяют весь сюжет.
Наследие и чему учиться
В Венеции Антонелло пробыл меньше двух лет, но этого хватило. Джованни Беллини перенял его технику и передал ученикам — Джорджоне и Тициану; венецианский колорит, «живопись светом», вырос из этой прививки. Через Венецию нидерландский метод дошёл до Леонардо, который добавил к нему сфумато и анатомию. Порядок остался тот же: светлый грунт, рисунок, тон раньше цвета, прозрачные слои, свет из глубины. Именно этот порядок реконструирует технология оптических просветов: этапы от грунта до лака описаны в руководстве по технологии оптических просветов, а как форма «вытягивается» из тёмного слоя — в видео:
Три урока Антонелло. Первое: технику можно восстановить по картинам, если смотреть на них как исследователь, а не как зритель. Второе: детали не спорят с формой, если сначала построен объём — от большого к малому, как скульптор. Третье: фигура и фон пишутся одним светом и одним воздухом, иначе картина распадается на «героя» и «декорацию». Как начать с нуля — в статье как научиться рисовать с нуля; как та же техника выглядела у нидерландцев следующего поколения — в статье о Гансе Мемлинге.
Частые вопросы
Кто такой Антонелло да Мессина?
Итальянский живописец XV века (около 1430–1479) из Мессины на Сицилии, первый в Италии мастер, последовательно работавший нидерландской масляной техникой, и один из лучших портретистов Возрождения.
Учился ли Антонелло у Яна ван Эйка?
Нет: ван Эйк умер в 1441 году, когда Антонелло было около десяти. Технику он освоил в Неаполе, изучая нидерландские картины из арагонской коллекции и работая у Колантонио.
Какие главные картины Антонелло да Мессины?
«Святой Иероним в келье» (Лондон), «Распятие» (Антверпен), «Святой Себастьян» (Дрезден), «Портрет мужчины» — «Кондотьер» (Лувр), «Мария Аннунциата» (Палермо), алтарь Сан-Кассиано (фрагменты в Вене).
В чём заслуга Антонелло перед итальянской живописью?
Он принёс в Италию масляную технику прозрачных слоёв, соединил её с итальянским пониманием объёма и пространства и передал Беллини, от которого она перешла к Джорджоне и Тициану.
Чем портреты Антонелло отличались от современных ему?
Трёхчетвертным поворотом вместо профиля, тёмным фоном, объёмным построением лица и взглядом, обращённым к зрителю, — впервые в итальянском портрете.
Разборы картин, короткие видео мастера и анонсы эфиров Академии — в Telegram-канале и в канале в MAX.
Антонелло восстановил технику ван Эйка по его картинам. Сегодня для этого не нужно ехать в Неаполь. Бесплатный мастер-класс — пять приёмов старых мастеров, которые видны в любой их картине.